Петербургский эксперт: Из-за подушевого финансирования детдомов сирот невыгодно отдавать в семьи

Подушевое финансирование сиротских учреждений делает их руководителей совершенно не заинтересованными в том, чтобы работать над семейным устройством детей. Как сообщает сегодня, 19 января, корреспондент ИА REGNUM, об этой проблеме напомнила накануне на круглом столе в Санкт-Петербурге, посвященном ситуации с сиротскими проблемами после вступления в силу "антимагнитского закона", исполнительный директор Петербургской региональной благотворительной общественной организации "Перспективы" Мария Островская.

Заместитель директора по социальным вопросам детского дома-интерната для детей с тяжелыми нарушениями развития №4 Павловска (Пушкинский район Санкт-Петербурга) Андрей Домбровский также еще раз обратил внимание на эту проблему: "У нас в детском доме было 550 детей, что немыслимо по всем санитарным нормам, сейчас у нас их 395. И вот не так давно подходит ко мне начальник отдела кадров и просит расписаться в приказе - убрали надбавку сотрудникам "за интенсивный труд". А мы стремились и стремимся к тому, чтобы разукрупнить огромный интернат, чтобы наладить отношения семей с детьми".

По словам Домбровского, в интернате всего 20 сирот, у которых нет родителей - эти дети были оставлены в роддоме. 150 детей лишены родительского попечения, у остальных родители есть и не лишены прав. Но 70% детей в 2012 году родителями не посещались. "Для меня целый год ушел на осознание и понимание того, почему родители не ходят к детям, - говорит Домбровский, - Некоторым врачи прямо так и советуют - не ходите, вы инфекцию приносите, мешаете работать. Два месяца назад к нам пришла мама, которая 10 лет назад отказалась от своего ребенка. И теперь нужна помощь, в том числе и психологическая, чтобы поддержать этот хрупкий контакт. Необходимо бережное сопровождение, индивидуальное сопровождение каждого случая, а у нас только два психолога на почти 400 детей".

Домбровский говорил и о том, что надо не просто "оказывать услуги" детям в интернатах: "Слабослышащей девочке мы приобрели слуховой аппарат. Я иду по детдому, вижу ее без аппарата. Почему не носит? "А со мной все равно никто не разговаривает", - объясняет мне ребенок. Получается, что услугу мы предоставили, но улучшения не произошло, потому что девочка с проблемами в умственном развитии осталась все также одинока".